Провал кандидатуры Германии на непостоянное место в Совете Безопасности ООН на 2027–2028 годы повсеместно расценивается как дипломатическое поражение. Тот факт, что Германия проиграла Португалии и Австрии, был истолкован как пощечина федеральному правительству — и связывается с грубым дипломатическим давлением, которое Берлин применял в прошлом году для продвижения тогдашнего министра иностранных дел Анналены Бербок на пост председателя Генеральной Ассамблеи, с произраильской позицией правительства и в целом с потерей международного авторитета Германии.

Главная ошибка была допущена раньше

Более внимательный анализ, однако, требует дифференцированной оценки. Ключевая ошибка уходит корнями в прошлое и в публичных разборах до сих пор оставалась за скобками: это стратегическое решение выставить свою кандидатуру против Португалии и Австрии в рамках региональной группы WEOG — Западноевропейские и другие государства, 28 членов, — в которой с самого начала было ясно: в этой тройке кто-то неизбежно окажется лишним.

Португалия — страна действующего Генерального секретаря ООН — располагает разветвленными зарубежными связями и историческими контактами в Латинской Америке, где язык и общая история обеспечивают Лиссабону влияние, далеко выходящее за пределы европейского континента.

Австрия, как не раз бывало прежде, разыграла карту «маленькой, безобидной и красивой страны». Ее анахроничный нейтралитет был представлен миру как весомый козырь.

Репутация Германии и роль Бербок

Германия пользуется в мире уважением — но не повсеместным. Отдельные черты ее дипломатического стиля вызывали раздражение. Министр иностранных дел Бербок нередко вела себя покровительственно по отношению к африканским государствам, отталкивая их.

Отличник не всегда самый популярный — особенно когда за ним закрепляется репутация человека, охотно поучающего тех, кто послабее. Отсюда — немало злорадных комментариев в прессе, тем более что на Вердершен Маркт в Берлине, в Министерстве иностранных дел, перед голосованием была высказана уверенность в победе.

Голосования в ООН всегда носят соревновательный характер и представляют собой арену дипломатических баталий. Одни участники искуснее других. Маленький Люксембург в 2014–2015 годах провел блестящую кампанию и оставил позади европейских конкурентов.

Италия с семью сроками остается рекордсменом среди европейских стран по числу избраний непостоянным членом Совета Безопасности. Она же — самый конкурентный игрок в Европе: борьбу за места в Совете Безопасности Рим воспринимает как Лигу чемпионов УЕФА, руководствуясь соображениями национального престижа. В середине 1990-х Италия успешно провела лоббистскую кампанию, чтобы заблокировать усилия Германии по получению постоянного места в Совете Безопасности.

От этих усилий Берлин с тех пор фактически отказался. Нынешнее поражение — очередной шаг назад, и его можно считать низшей точкой в более чем тридцатилетней истории соответствующих притязаний.

Конец долгой полосы успехов

За плечами у Германии шесть успешных сроков в качестве непостоянного члена Совета Безопасности: 1977–1978, 1987–1988, 1995–1996 и далее с восьмилетним интервалом — 2003–2004, 2011–2012 и 2019–2020. Этот ритм нынешним провалом нарушен. Масштаб поражения и его политические последствия не вызывают сомнений.

Министр иностранных дел Йоханн Вадефуль попытался переломить ситуацию в пользу Германии, проведя серию двусторонних встреч в Нью-Йорке в течение недели, предшествовавшей голосованию. Вероятно, какое-то число голосов ему удалось собрать — в ООН всегда найдутся колеблющиеся или те, на кого можно повлиять щедростью программ содействия развитию: часть делегатов голосует по собственному усмотрению, не оглядываясь на инструкции из столиц.

Однако такая форма «быстрых свиданий» не смогла предотвратить разгромного поражения. И здесь справедливо то же правило: ошибки допущены прежде всего на развилках, которые были пройдены много лет назад — и в первую очередь не нынешнее федеральное правительство несет за них ответственность.

Германия всегда выстраивала непростые отношения с ООН, в которую ФРГ вступила лишь в 1973 году — одновременно с ГДР. Особенно в ХДС и ХСС долгое время преобладало пренебрежительное отношение к этой площадке — а вместе с ним и критика в адрес организации, пусть во многом и обоснованная.

Дилемма германской политики в ООН, нагляднее всего проявившаяся в провале кампании за постоянное место в Совете Безопасности, — это стратегическая амбивалентность, говоря иначе – непоследовательность. И это несмотря на то, что каждый свой срок непостоянного члена Германия использовала для заметных инициатив — прежде всего в области прав человека и международного гуманитарного права.

Была ли позиция по Израилю решающей?

Германия не выиграла от своей политики в отношении Израиля, в то время как Австрия и Португалия, по-видимому, выиграли.

Однако эти два государства не отличаются от Германии своей позицией в отношении международного права. Хотя позиция Германии по израильскому вопросу, возможно, стоила ей поддержки в некоторых частях арабского мира и за его пределами и может объяснить некоторые потери при голосовании, она не была решающей.

Готовность занимать принципиальную позицию по ключевым вопросам — неотъемлемая часть внешнеполитического профиля страны со средним весом и большими амбициями.

Вызвало ли дипломатическое поражение какие-либо размышления в Берлине? Заявления Министерства иностранных дел носят оборонительный характер. Очевидно, там надеются, что новые события быстро вытеснят ооновский провал из повестки дня.

Федеральный канцлер Фридрих Мерц в этой неловкой для него ситуации делает единственно верное: относится к произошедшему по-спортивному и следует старой футбольной мудрости: после игры — снова игра.

Источник: TRT Deutsch