Президент России Владимир Путин во главе представительной делегации прибыл в Пекин, где проведет переговоры с лидером Китая Си Цзиньпином, а также с другими высокопоставленными официальными лицами КНР.

В ходе официального визита планируется подписание около 40 документов, включая совместное заявление об углублении стратегического партнерства. Планируется также принятие совместной декларации «о становлении многополярного мира», сообщил журналистам помощник российского лидера Юрий Ушаков.

По его словам, визит состоится по приглашению председателя КНР Си Цзиньпина. Официально он приурочен к 25‑летию Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между двумя странами.

Впрочем, как подчеркивают эксперты, за протокольной частью кроется куда более предметная повестка. Можно предположить, что два лидера затронут вопрос Ирана, хотя каких‑либо официальных заявлений на эту тему в преддверии визита не прозвучало.

Зато точно известно, что в повестку предстоящих переговоров войдет проект «Сила Сибири‑2», впервые предложенный еще в 2006 году под названием «Алтай», но спустя 20 лет де‑факто так и не сдвинувшийся с места. Об этом сообщил все тот же Ушаков.

Недостижимая «Сила Сибири‑2»

Согласовать условия этого проекта с Пекином Москва пытается уже далеко не в первый раз. За последние годы Путин совершил ряд визитов в Китай — в феврале 2022 года, в октябре 2023‑го, в мае 2024‑го и в сентябре 2025‑го. «Сила Сибири‑2» неизменно фигурировала в повестке всех проводимых переговоров.

О каких‑либо осязаемых результатах в данном направлении было объявлено лишь по итогам последнего из вышеупомянутых визитов. Тогда Путин заявил следующее: строительство газопровода проектной мощностью 50 миллиардов кубометров в год согласовано, подписан «юридически обязывающий меморандум», а поставки газа в КНР вскоре вырастут до 100 миллиардов кубометров в год.

Китай эти заявления официально не подтвердил. Тем не менее в марте стало известно, что Пекин включил «подготовительные работы по центральному маршруту российско‑китайского газопровода» в план текущей пятилетки до 2030 года, однако само название «Сила Сибири‑2» в документе не фигурировало. По данным Reuters, на конец прошлого года стороны так и не согласовали ключевой вопрос — цену.

Энергетический кризис последних месяцев, связанный с обострением вокруг Ирана и перебоями через Ормузский пролив, усилил озабоченность Китая вопросами энергетической безопасности. Казалось бы, это должно играть на руку Москве. Однако, как указывает Bloomberg, Китай выстроил диверсифицированный энергосектор — от угля до возобновляемых источников — и располагает альтернативными импортными маршрутами, в том числе из Центральной Азии. Это позволяет Пекину диктовать низкую цену и закупать газ лишь по мере необходимости, без гарантий полной загрузки трубопровода.

Россия же, потеряв европейский рынок, нуждается в гарантированных объемах продаж. Сейчас российский газ по трубопроводам получают лишь две страны ЕС — Венгрия и Словакия. По прогнозам Bloomberg, к 2029 году Москва будет продавать Китаю газ почти на треть дешевле, чем прежде продавала европейским покупателям. Иными словами, даже широко разрекламированный «разворот на Восток» не компенсирует России потерь от ухода с западного рынка.

По следам Трампа

15 мая, за несколько дней до прибытия Путина, Пекин посетил президент США Дональд Трамп. Первоначально данный визит планировался на конец марта, но был отложен из‑за войны с Ираном. Сам американский президент столицу КНР посещает во второй раз: предыдущая поездка состоялась девять лет назад, в его первый срок.

В ходе переговоров стороны, хотя не объявили о конкретных договоренностях, от резкой риторики воздержались. Сам Трамп хвалил Си, называя его «другом» и «замечательным человеком».

Крайне чувствительный для китайской стороны вопрос Тайваня глава Белого дома предпочел обойти стороной. А по итогам переговоров США подтвердили приверженность принципу «Единого Китая».

«Я не стремлюсь к тому, чтобы кто‑то становился независимым», — заявил Трамп в интервью Fox News после встречи с китайским лидером в Пекине.

Тем не менее фундаментальные противоречия никуда не делись: американское законодательство по‑прежнему обязывает Вашингтон поставлять острову вооружение. США продолжат неформально поддерживать Тайвань, а Китай — Тегеран.

В этой связи уместно напомнить, что в начале мая Пекин впервые с начала американо‑израильской операции против Ирана посетил глава иранского МИД Аббас Аракчи: министра принял его китайский коллега Ван И, который в ходе встречи публично подтвердил поддержку Тегерана со стороны КНР.

В этом контексте, как отмечает BBC, Си Цзиньпин наверняка использует приезд Путина, чтобы в очередной раз дать понять миру: США Китаю больше не указ. Рычагов для этого у него достаточно.

Первый рычаг — войны. Трамп давно пытается завершить и войну России против Украины, и собственную войну с Ираном. Китай — главный союзник Москвы и Тегерана, и без его участия у американского президента пока ничего не получается.

Второй рычаг — энергетика. Трамп хотел убедить Си закупать больше нефти и газа в США, потеснив Ближний Восток и Россию. Китай никаких конкретных обязательств на себя не взял.

Что же касается самого Путина, то он, посещая китайскую столицу, постарается продемонстрировать, что Россия по‑прежнему остается самостоятельным игроком, а не младшим партнером в китайско‑российском тандеме.

Реальность, впрочем, куда прозаичнее: о растущей зависимости Москвы от Пекина за последние годы не говорил только ленивый. По данным Bloomberg, зависимость России от импорта технологий, попавших под санкции, достигла 90 процентов — и обеспечивается во многом именно через Китай.

Помимо газового досье, Путин наверняка попытается повлиять на возможные договоренности между Пекином и Вашингтоном, прежде всего по иранскому вопросу, хотя конкретики в данном вопросе пока недостаточно, чтобы делать какие‑либо выводы.

Растущая мощь Китая

Вне зависимости от того, чего российской делегации удастся добиться в Пекине, очевидно одно: Китай значительно нарастил свое влияние в мире. И сейчас Пекин располагает рычагами давления как на Москву, так и на Вашингтон — увязший в иранской войне и нуждающийся в помощи Поднебесной.

Так что принимая Путина сразу после Трампа, Си дает понять: он может разговаривать с кем угодно на равных. И это, пожалуй, главный сигнал, который Белому дому стоило бы услышать.