Промежуточные выборы в США 3 ноября 2026 года изменили внутриполитический баланс: демократы получили контроль над обеими палатами Конгресса, осложнив положение администрации Дональда Трампа на оставшиеся два года президентского срока. Результаты голосования отразили растущее недовольство частью внутренней и внешней политики Белого дома.

Показательно, что причины поражения республиканцев сами руководители США связывают с ближневосточной политикой. Вице-президент Джей Ди Вэнс назвал войну с Ираном главной причиной неудачи партии на выборах. По его словам, часть сторонников республиканцев проголосовала за демократов, требуя прекращения войны, снижения стоимости жизни и пересмотра отношений США с Израилем. Президент Трамп также признал, что война с Ираном повлияла на результаты голосования, в том числе из-за роста цен на бензин, однако продолжил защищать решение о начале военной операции.

Особое значение эти перемены имеют для Ближнего Востока, где пересекаются интересы Израиля, арабских государств Басрийского залива и Ирана. Новый расклад сил в Вашингтоне заставляет региональных партнеров США пересматривать свои политические расчеты — от перспектив военного сотрудничества до будущего Газы и отношений с Тегераном.

Однако победа демократов не означает автоматического пересмотра американской ближневосточной политики. Президент Трамп сохраняет широкие внешнеполитические полномочия, тогда как демократы после вступления нового состава Конгресса в полномочия в январе 2027 года смогут усилить парламентский контроль над военными операциями, бюджетными расходами и поставками вооружений. Американская стратегия на Ближнем Востоке сохранит преемственность, однако проводить ее администрации Трампа станет сложнее.

Что ждет Израиль?

Одним из наиболее чувствительных последствий выборов станет изменение политической атмосферы вокруг американо-израильских отношений. Для правительства Биньямина Нетаньяху демократический контроль над Конгрессом означает необходимость учитывать более критичное отношение части американского политического истеблишмента к действиям Израиля.

В последние годы внутри Демократической партии заметно усилились разногласия по палестинскому вопросу. Если традиционное крыло демократов продолжает рассматривать Израиль как важнейшего стратегического союзника США, то прогрессивная часть партии все настойчивее требует пересмотра подходов к военной помощи, поставкам вооружений и политической поддержке израильского правительства.

Особенно важным становится вопрос Газы. Военная операция Израиля, гуманитарная ситуация в секторе, расширение израильского контроля и отсутствие окончательной модели послевоенного устройства территории превратились в серьезную проблему для международного имиджа Вашингтона. Демократическое большинство в Конгрессе получит возможность активнее требовать от администрации отчетности по использованию американского вооружения и условиям военной помощи Израилю.

Это, безусловно, может осложнить положение Нетаньяху. Но говорить о стратегическом разрыве между США и Израилем было бы преждевременно. Отношения США и Израиля десятилетиями строятся на масштабной американской военной помощи, тесном разведывательном взаимодействии и политической поддержке Вашингтоном действий Израиля на Ближнем Востоке. Ни одна из этих составляющих не исчезает в результате промежуточных выборов.

Палестинский вопрос и будущее Газы

Здесь результаты выборов могут иметь более долгосрочные последствия.

Мирный план президента Трампа по Газе, реализация которого началась в октябре 2025 года, заложил основу для прекращения масштабных боевых действий и формирования переходной системы управления эксклавом. Ключевым элементом этой системы стал созданный в январе 2026 года «Совет мира». Однако вопросы разоружения ХАМАС, вывода израильских войск, международного присутствия, восстановления инфраструктуры и политического представительства палестинцев остаются предметом сложных переговоров, которым противодействует Израиль.

Особенно важно, чтобы послевоенное устройство Газы не превратилось в механизм бессрочного внешнего управления территорией без участия самих палестинцев. Устойчивое урегулирование невозможно без формирования легитимных палестинских институтов и определения политических перспектив палестинского народа.

Демократы могут активнее выступать за укрепление палестинских институтов, ограничение расширения израильских поселений и возвращение вопроса о палестинской государственности в центр американской дипломатии. Однако возможности Конгресса непосредственно изменить политику администрации Трампа ограничены.

Здесь возникает и более широкий геополитический вопрос: сможет ли Вашингтон перейти от управления последствиями конфликта к созданию устойчивой системы региональной безопасности? Ведь палестинская проблема давно перестала быть исключительно израильско-палестинским противостоянием. Она непосредственно влияет на отношения США с арабским миром, Ираном, Турцией и международными организациями.

Арабские государства: партнерство с США или стратегическая самостоятельность?

Не менее важными последствия выборов будут для Саудовской Аравии, Катара и Объединенных Арабских Эмиратов. Каждое из этих государств имеет собственную систему интересов и по-разному оценивает американское присутствие в регионе.

Для Саудовской Аравии главным приоритетом остаются гарантии безопасности, развитие оборонного сотрудничества и сохранение регионального влияния. Эр-Рияд заинтересован в американских военных технологиях и стратегическом партнерстве, но одновременно стремится избежать чрезмерной зависимости от политических решений Вашингтона. В условиях продолжающейся напряженности вокруг Ирана этот вопрос приобретает особую актуальность.

Катар, в свою очередь, занимает особое положение благодаря своей дипломатической активности, отношениям с различными региональными силами и стратегическому военному сотрудничеству с США. Доха заинтересована в сохранении роли посредника в ближневосточных конфликтах. Поэтому изменение внутриполитического баланса в Вашингтоне для нее будет иметь значение прежде всего с точки зрения сохранения дипломатического пространства и стабильности американских гарантий безопасности.

Для Объединенных Арабских Эмиратов важнейшими направлениями остаются оборонное взаимодействие, технологическое сотрудничество, инвестиции и укрепление международных экономических связей. Абу-Даби последовательно развивает отношения с несколькими мировыми центрами силы, не ограничиваясь исключительно американским направлением.

При этом необходимо учитывать, что военно-политические отношения США с государствами Басрийского залива имеют институциональный характер. Углубленное оборонное партнерство с ОАЭ, особый статус Саудовской Аравии и военно-стратегическое сотрудничество с Катаром представляют собой долгосрочные механизмы. Их пересмотр потребовал бы гораздо более серьезных политических изменений, чем простая смена большинства в Конгрессе.

Однако демократическое большинство может внимательнее относиться к условиям продажи вооружений, вопросам региональной эскалации и соблюдению американских законодательных процедур. Следовательно, арабским союзникам Вашингтона придется учитывать не только позицию Белого дома, но и меняющееся настроение Конгресса.

Иранский фактор и региональная безопасность

Особого внимания заслуживает иранское направление. Нельзя анализировать результаты американских выборов, не учитывая влияние войны с Ираном на внутриполитические процессы в США. Военная конфронтация, экономические издержки, рост цен на энергоносители и опасения дальнейшего расширения конфликта стали важными факторами недовольства американских избирателей.

Демократы получили возможность активнее требовать парламентского контроля над военными решениями президента и добиваться более четкого определения целей американского участия в конфликте. Это не означает, что новая конфигурация Конгресса автоматически приведет к смягчению политики в отношении Тегерана. В американском политическом истеблишменте сохраняются серьезные опасения относительно иранской ядерной программы, ракетного потенциала и региональной деятельности Ирана.

Но измениться может сама логика принятия решений. Если раньше основное внимание уделялось военному сдерживанию, то теперь возрастет значение политических, дипломатических и экономических инструментов. Для арабских государств это особенно важно, поскольку они заинтересованы в предотвращении масштабной войны, последствия которой могут затронуть энергетические маршруты, морскую торговлю и всю систему региональной безопасности.

Ближний Восток в условиях многополярности

На мой взгляд, наиболее важное последствие нынешних выборов заключается в ускорении уже существующего процесса - постепенного изменения характера отношений между Соединенными Штатами и их ближневосточными партнерами.

Региональные государства все меньше готовы строить свою внешнюю политику исключительно на основе одного стратегического партнерства. Саудовская Аравия развивает отношения с Китаем и Россией, ОАЭ укрепляют экономические и технологические связи с различными центрами силы, Катар расширяет дипломатические контакты. Это не означает отказ от сотрудничества с Вашингтоном. Скорее, речь идет о стремлении диверсифицировать внешние связи и увеличить собственную свободу политического маневра.

Именно здесь проявляется более глубокая тенденция современного международного порядка: региональные государства стремятся не только адаптироваться к решениям глобальных центров силы, но и самостоятельно участвовать в формировании региональной архитектуры безопасности.

Для Турции эта трансформация также имеет значение. Анкара последовательно выступает за укрепление региональной стабильности, политическое урегулирование конфликтов и сохранение собственной стратегической самостоятельности. Изменение баланса сил в американском Конгрессе может повлиять на отдельные дипломатические процессы, однако конкретные последствия для турецко-американских отношений пока оценивать преждевременно.

Победа демократов не приведет к немедленному пересмотру американской политики на Ближнем Востоке, однако изменит условия, в которых администрации Трампа придется принимать решения. Израиль может столкнуться с более пристальным контролем военной помощи, арабские партнеры Вашингтона — с дополнительными ограничениями в оборонном сотрудничестве, а продолжение войны с Ираном — с усилением парламентского давления на Белый дом.

Для государств региона результаты выборов станут дополнительным стимулом к диверсификации внешнеполитических связей. Саудовская Аравия, Катар и ОАЭ сохранят стратегическое партнерство с США, одновременно стремясь снизить зависимость от внутриполитических перемен в Вашингтоне.

Противостояние Белого дома с Конгрессом может осложнить реализацию американских инициатив на Ближнем Востоке. При этом растущая самостоятельность региональных государств потребует от Вашингтона более гибкой дипломатии и внимательного отношения к интересам своих партнеров.